Правовую основу партнёрского финансирования в России заложил Федеральный закон от 4 августа 2023 года № 417-ФЗ. Он установил специальный режим регулирования для четырёх пилотных регионов: Башкортостана, Дагестана, Татарстана и Чечни. Эксперимент стартовал 1 сентября 2023 года. По первоначальному плану он должен был завершиться 1 сентября 2025-го, но 25 июля 2025 года Госдума и Совет Федерации одобрили продление сразу на три года, до 1 сентября 2028-го. Масштаб потенциальной аудитории значителен. В России, по разным оценкам, проживает около 20 млн мусульман, это 14–15% населения, а в четырёх пилотных регионах, по данным Росстата за 2025 год, – порядка 12,5 млн человек.
Закон запрещает участникам эксперимента устанавливать вознаграждение в виде процентной ставки. Вместо этого допускается только переменная плата, определяемая условиями конкретной сделки. На практике это реализуется через три базовых инструмента. Мурабаха – это продажа актива в рассрочку с фиксированной наценкой; функционально она ближе всего к товарному кредиту с фиксированной ставкой, но юридически это купля-продажа, а не заём под процент. Мушарака подразумевает совместное инвестирование с разделением прибыли и убытков – по сути, проектное финансирование или долевое участие в капитале, где риск проекта несут обе стороны, а не заёмщик в одиночку. Иджара – аренда актива с правом последующего выкупа, аналог финансового лизинга. Есть и четвёртый, менее заметный инструмент. Мудараба – партнёрский договор доверительного управления. Его используют в основном для межрегиональных и оптовых сделок между финансовыми организациями.
Официальный мониторинг Банка России фиксирует кратный рост. По состоянию на 30 сентября 2024 года портфель операций по привлечению средств участниками эксперимента достиг 3,8 млрд рублей, увеличившись более чем вдвое за девять месяцев года. Портфель операций по размещению средств составил 2,8 млрд рублей, рост на 56%. Реестр участников, который ведёт Банк России, вырос с 7 организаций на конец 2023 года до 20 к сентябрю 2024-го. Один из пилотных регионов, Татарстан, обеспечил за первое полугодие 2024 года 1225 сделок партнёрского финансирования на 3,5 млрд рублей. При этом, по данным «Известий», доля партнёрских инструментов в розничных операциях системно значимых банков по-прежнему не 0,07%.
По мнению заместителя заведующего кафедрой гуманитарных наук по научной работе факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Марины Николаевны Свинцовой, низкая доля партнёрского финансирования при быстром росте портфеля объясняется эффектом низкой базы, ограниченной географией эксперимента и недостатком стандартизированных массовых продуктов. Она отмечает, что выход за рамки ниши потребует единообразного регулирования, понятной клиентам продуктовой линейки, развития инфраструктуры страхования и рынка сукук, а также подключения крупных федеральных банков.
Формальный запрет процента, рибы, – лишь внешняя сторона отличия партнёрского финансирования от классического кредитования. Существеннее меняется сама логика сделки. Классический кредит предполагает фиксированный процент вне зависимости от того, как складывается судьба профинансированного проекта или покупки. Партнёрское финансирование, напротив, обязывает сделку опираться на реальный актив или реальную экономическую деятельность, а в случае мушараки банк делит с клиентом весь финансовый результат, и прибыль, и убыток, в согласованной договором пропорции. Для заёмщика это обычно означает фиксацию полной суммы выплат с первого дня в мурабахе. Штрафных процентов за просрочку тут нет: начисляется не процент на процент, а заранее оговорённая структура платежей. Банку сложнее: нужно подтвердить реальность актива и его стоимость. Зато, по данным участников рынка, процент возврата средств выше, особенно в сегменте небольших сумм финансирования. Есть и отраслевые ограничения: закон запрещает финансировать производство и торговлю табачной, никотин содержащей и алкогольной продукцией, оружием и боеприпасами, а также игорный бизнес.
Наиболее показательный сигнал в пользу масштабирования эксперимента – состав новых участников. В реестр Банка России на «втором этапе» вошли государственные институты развития: банк ДОМ.РФ и ВЭБ.РФ, последний – подписав меморандум с международной организацией AAOIFI о совместной разработке стандартов выпуска сукук, аналога облигаций, по нормам шариата. Председатель комитета Госдумы по финансовому рынку Анатолий Аксаков в связи с продлением эксперимента допустил присоединение к нему новых субъектов, в частности Крыма и Чувашии. Расширение географии обсуждается и как способ привлечь инвестиции из стран исламского мира: по словам Аксакова, потенциал только зарубежных вложений в партнёрское финансирование в России оценивается не менее чем в 1 трлн рублей.
По оценке ассистента кафедры гуманитарных наук факультета социальных наук и массовых коммуникаций Финансового университета при Правительстве Российской Федерации Ярослава Игоревича Климова, общенациональное масштабирование партнёрского финансирования к 2028 году реалистично как поэтапное расширение, но не как мгновенный переход к массовому рынку. Он считает, что первоочередное значение имеет завершение законодательной и стандартизационной базы, после чего решающими станут расширение продуктовой линейки и повышение финансовой грамотности населения.
За неполные три года партнёрское финансирование в России прошло путь от узкой региональной инициативы, где первую сделку оформил единственный банк, до площадки, где инструменты тестируют розничные и региональные игроки вместе с крупнейшими государственными финансовыми институтами. До общенациональной практики, впрочем, ещё далеко. Переход из тестового режима к 2028 году потребует решения структурных проблем: неравномерного участия регионов, дефицита продуктов исламского страхования и рынка сукук. Есть и проблема попроще – финансовая грамотность. Судя по опросам, многие потенциальные клиенты до сих пор не знают, что партнёрским финансированием может воспользоваться любой дееспособный гражданин России независимо от вероисповедания.