«Малые города выходят из тени: как территории за пределами агломераций становятся точками роста»

Развитие российских регионов все чаще рассматривается не только через призму крупнейших агломераций. Долгое время именно большие города воспринимались как главные центры занятости, образования и деловой активности. Малые города чаще попадали в повестку в связи с оттоком населения, износом инфраструктуры и нехваткой рабочих мест. Сейчас этот взгляд постепенно меняется. В новой логике пространственного развития малый город может быть не периферией, а опорной территорией, вокруг которой формируется локальная экономика и качество жизни для жителей ближайших поселений.

Такой подход уже закреплен в федеральной повестке. Стратегия пространственного развития России определяет 2160 опорных населенных пунктов, включая агломерации, крупные и малые города, а также сельские территории, которые должны формировать каркас расселения и развития страны. По данным Минэкономразвития России, в 2024–2025 годах в программу развития опорных населенных пунктов включено 6047 мероприятий по ремонту, реконструкции и строительству инфраструктуры. С учетом региональных мероприятий речь идет более чем о 12 тыс. инфраструктурных проектов в малых городах.

Эти цифры показывают, что малые города становятся не отдельным социальным направлением, а частью большой экономической и управленческой задачи. Речь идет не только о благоустройстве улиц или ремонте отдельных объектов. Для территории важно, чтобы инфраструктурные вложения давали долгосрочный эффект: удерживали жителей, создавали условия для бизнеса, повышали доступность услуг, снижали транспортную и социальную изоляцию. Иначе даже хорошо выполненный проект рискует остаться красивым, но точечным решением.

Татарников Артём Алексеевич, ассистент кафедры «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, считает, что ключевой вызов для малых городов сегодня связан не только с объемом финансирования, но и с качеством муниципального управления. По его мнению, один и тот же инфраструктурный проект может дать разный результат в зависимости от того, встроен ли он в стратегию развития территории. «Если город ремонтирует площадь, но не понимает, как она будет работать для жителей, предпринимателей и туристов, эффект будет ограниченным. Если же благоустройство связано с маршрутами, малым бизнесом, событийной программой и транспортной доступностью, проект начинает менять городскую экономику», отмечает Татарников.

Особенность малых городов в том, что управленческая ошибка там заметна быстрее, чем в мегаполисе. В крупной агломерации неудачный проект может раствориться на фоне общего экономического движения. В малом городе каждый объект сильнее влияет на повседневную жизнь: новая школа меняет привлекательность территории для семей, ремонт дороги влияет на доступность рабочих мест, обновление коммунальной инфраструктуры снижает аварийность, а благоустроенная общественная зона может стать центром городской активности. Поэтому развитие малых городов требует не набора разрозненных мероприятий, а согласованной логики: что именно должно удержать человека на территории и почему бизнесу стоит вкладываться именно здесь.

На практике малые города могут развиваться по разным сценариям. Одни делают ставку на промышленную специализацию и обслуживание крупных производственных цепочек. Другие используют туристический потенциал, историческое наследие и событийную экономику. Третьи становятся сервисными центрами для окружающих сельских территорий, где сосредоточены медицина, образование, торговля, культура и административные услуги. Но во всех случаях главным условием остается связка инфраструктуры, занятости и управленческой команды. Без нее федеральные и региональные вложения не превращаются в устойчивое развитие.

Ольга Владимировна Панина, кандидат экономических наук, доцент, заведующий кафедрой «Государственное и муниципальное управление» Финансового университета при Правительстве Российской Федерации, рассматривает развитие малых городов как важный элемент пространственной устойчивости страны. По ее мнению, такие территории могут снижать давление на крупнейшие агломерации, если предлагают жителям не только базовую инфраструктуру, но и понятный жизненный сценарий. «Для человека важно видеть, где он будет работать, как будут учиться его дети, насколько доступна медицина, есть ли культурная среда и возможность профессионального роста. Малый город становится точкой роста только тогда, когда в нем появляется уверенность в будущем», подчеркивает Панина.

Для Финансового университета эта тема имеет прикладное значение, поскольку развитие малых городов находится на пересечении бюджетной политики, муниципального управления, инфраструктурного планирования и оценки качества жизни. На кафедре «Государственное и муниципальное управление» такие вопросы рассматриваются через способность территорий не просто осваивать средства, а управлять изменениями: выстраивать приоритеты, оценивать эффект проектов, работать с жителями и согласовывать интересы бизнеса, региона и муниципалитета.

В ближайшие годы конкуренция территорий будет все меньше сводиться к размеру города. Значение получит способность муниципалитета предложить жителям удобную среду, предсказуемые правила и реальные возможности для занятости. Малые города не смогут полностью повторить функции мегаполисов, но и не должны этого делать. Их преимущество может быть в другом: компактности, близости власти к жителям, локальной идентичности, более коротком пути от решения до результата.

Именно поэтому развитие малых городов становится проверкой качества всей системы регионального управления. Инфраструктурные программы создают основу, но дальнейший результат зависит от того, смогут ли муниципальные команды превратить дороги, школы, коммунальные объекты и общественные пространства в единую стратегию жизни территории. Если это удастся, малые города перестанут восприниматься как зона оттока и станут реальными точками роста за пределами крупнейших агломераций.