Изменить пищевые привычки может не только авторитет врача, но и обычный разговор между друзьями. Исследователи ВШЭ показали, что советы сверстников снижать потребление сахара работают так же эффективно, как и призывы экспертов. Результаты исследования опубликованы в журнале Frontiers in Nutrition.
Избыточное потребление сахара — одна из ключевых проблем общественного здравоохранения. По данным ВОЗ, от ожирения и лишнего веса страдает каждый восьмой человек в мире. Чрезмерное увлечение сладостями ведет к несбалансированному питанию и способствует развитию диабета, кариеса, атеросклероза, сердечно-сосудистых и других неинфекционных заболеваний.
Как правило, мотивирующие кампании по здоровому питанию строятся на авторитете экспертов — врачей, диетологов, нутрициологов. Ученые решили выяснить, могут ли советы обычных людей, например друзей-сверстников, работать столь же эффективно. Ученые Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ провели эксперимент с участием 88 молодых людей, которые отвечали на вопросы об их потребительском поведении. Испытуемых разделили на три группы и дали им прослушать разные типы сообщений. Первая группа слушала лекцию эксперта-нутрициолога о вреде сахара, вторая — монолог студента с теми же аргументами, а третья — дискуссию трех студентов с разными точками зрения. До и после прослушивания участники в формате аукциона указывали, какую максимальную сумму готовы заплатить за различные продукты, включая сладости. Это позволило оценить их реальные намерения.
Результаты показали, что все три типа вмешательства значимо снижали готовность участников платить за продукты с сахаром. Ключевым открытием стало то, что между группами не было обнаружено статистически значимых различий, то есть рекомендации сверстников оказались столь же действенными, как и советы эксперта.
«В предыдущих исследованиях мы показали влияние экспертного мнения на потребительские решения. Здесь мы впервые продемонстрировали, что взрослые одинаково восприимчивы к обоим типам влияния — и к мнению специалиста, и к мнению окружающих сверстников. Это может быть связано с тем, что взрослые обладают большей автономностью от авторитетов и в большей степени ориентируются на социальные нормы своей референтной группы», — отмечает Нина Арзуманян, первый автор исследования, научный сотрудник Международной лаборатории социальной нейробиологии Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ.
При общении с товарищами включаются процессы идентификации: люди принимают чужие установки, чтобы поддерживать отношения с референтной группой или же потому что такое поведение соответствует их ценностям.
«Использование влияния сверстников может быть более доступным и масштабируемым подходом, чем привлечение экспертов. Люди склонны доверять тем, кто похож на них и имеет сопоставимый жизненный опыт», — комментирует Анна Шестакова, соавтор и руководитель Центра нейроэкономики и когнитивных исследований Института когнитивных нейронаук НИУ ВШЭ.
В дальнейшем исследователи планируют изучить нейрокогнитивные механизмы, лежащие в основе влияния экспертов и сверстников на пищевое поведение. Это поможет лучше понять, почему разные типы социального влияния приводят к одинаковому результату и как можно усилить эффективность вмешательств, направленных на формирование здоровых пищевых привычек.