Почему пожизненный приговор экс-президенту Южной Кореи за мятеж еще не финал

Бывший президент Южной Кореи Юн Сок ​​Ёль 19 февраля получил в суде пожизненный тюремный срок за попытку мятежа 3 декабря 2024 г., которая выглядела как объявление в стране военного положения. Как сообщило издание The Chosun Ilbo, судья Чи Гви Ён отметил, что Юн вступил в сговор с получившим 30 лет тюремного срока экс-министром обороны Ким Ëн Хёном по нарушению конституционного порядка военным путем с целью парализовать работу парламента. Именно атака на избранный народом орган, как и приказы на арест ряда политиков, и стала ключевым доказательством в организации мятежа. «Суд считает, что отправка вооруженных сил в парламент <...> и попытки произвести аресты с использованием специальных средств являются актами мятежа», – подчеркнул обоснование приговора Чи. При этом депутаты национального собрания смогли через несколько часов после объявления военного положения пробраться в зал, собрать кворум и проголосовали за его отмену.

В начале своей речи судья провел экскурс в историю с эпизодами государственной измены и мятежа – от Римской империи до казни английского короля Карла I за развязывание войны против своего народа и парламента в 1649 г.

Прокуратура требовала для Юна максимально возможного наказания – смертной казни. При этом фактически в Южной Корее с 1998 г. действует мораторий на исполнение смертных приговоров. Смягчающими обстоятельствами стал положительный бэкграунд осужденного и его немолодой возраст (65 лет).

На пожизненный приговор Юн отреагировал каменным лицом. В этот момент сотни его сторонников протестовали около здания суда с требованием освобождения своего лидера.

Одновременно 19 февраля за участие в тех же событиях бывший руководитель разведки Но Сан Вон получил 18 лет тюрьмы, экс-руководитель агентства национальной полиции Чо Чжи Хо – 12 лет, а также экс-начальник полиции Сеула Ким Бон Сик – 10 лет.

Вынесший приговор судья также выразил надежду, что Юн все-таки принесет свои извинения народу страны за действия в тот день. Но сам экс-президент как мотивировал свои действия борьбой с «просеверокорейскими силами» (подразумевая под ними оппозицию), так и продолжает придерживаться этой версии. Защита Юна утверждала, что военное положение было оправданной и легальной мерой в этом контексте для предупреждения политического кризиса. Теперь он имеет право подать апелляцию на приговор.

Юн в январе 2026 г. уже получил пять лет за сопротивление при своем аресте, так как он отдавал своей охране соответствующие приказы, а его жена Ким Кон Хи – 20 месяцев за получение взяток в виде предметов роскоши от религиозной организации Церковь объединения.

4 апреля 2025 г. конституционный суд Южной Кореи единогласно вынес находившемуся с 2022 г. у власти Юну импичмент. На состоявшихся в результате этого досрочных выборах президента летом 2025 г. победу одержал давний противник Юна демократ Ли Чжэ Мëн (во время военного положения был отдан приказ на его задержание).

В Южной Корее уже есть традиция жестких приговоров «проштрафившимся» президентам и в этом плане нынешняя ситуация мало чем отличается от предыдущих, подчеркнул профессор Университета Кунмин (Сеул) Андрей Ланьков. Но, по словам эксперта, за жестким приговором спустя некоторое время (в среднем около двух лет) следует освобождение. Поэтому вполне вероятно, что Юн Сок Ёль через несколько лет сможет выйти на свободу.

Единственное отличие случая Юна от предыдущих заключается в том, что он при подобном сценарии может практически сразу ринуться обратно в политику. «Складывается впечатление, что он искренне верит в то, что говорит, и убежден в правильности своих взглядов», – сказал кореевед. Поэтому в случае освобождения экс-президент почти наверняка попытается возродить свою политическую карьеру, считает Ланьков.

Эксперт также отметил парадокс: нынешние корейские власти, несмотря на их политическую враждебность к Юн Сок Ёлю, допускают его освобождение с целью внесения разлада в правый политический лагерь страны. «Сторонники Юн Сок Ёля хоть и составляют меньшинство, но зато являются политически очень активными. Это приблизительно 5–10% населения страны. И особым преимуществом Юна здесь является поддержка со стороны молодежи», – говорит Ланьков. Но эти факторы, по его словам, не сильно пугают левых, так как они считают, что этого достаточно для внесения раздора в правые ряды, но недостаточно для полноценной консолидации их.

Что же касается возможной реакции на приговор Юн Сок Ёля его сторонников, то Ланьков не исключает манифестаций и даже беспорядков в некоторых местах. Но ожидать их перерастания в нечто большее не стоит, заключает он.

Приговор Юну – это «правосудие победителей» и такой исход был очевиден, считает ведущий научный сотрудник центра корейских исследований Института Китая и современной Азии РАН Константин Асмолов. Он говорит, что после вынесенного приговора следует ждать подачи апелляций со стороны как обвинения, так и защиты, делом будут заниматься еще две инстанции. И в зависимости от ситуации можно ожидать всевозможных вариантов окончательной развязки дела, заключает Асмолов.