Записки из-под пола
Забавно сравнивать пьесу братьев Пресняковых "Половое покрытие" и одноименный спектакль в Центре драматургии и режиссуры. После чтения текста новая постановка Ольги Субботиной способна вызвать буквально слезы умиления. Как циничны наши молодые драматурги! Но как добры, человечны и целомудренны наши молодые же режиссеры! Короче, добро победило зло: в спектакле Ольги Субботиной пьеса братьев Пресняковых благополучно умерла.
Пресняковых Москве представлять уже не нужно. Во МХАТе им. Чехова идет их "Терроризм", в Центре драматургии и режиссуры - "Пленные духи". Оба спектакля (первый поставил Кирилл Серебренников, второй - Владимир Агеев) соревнуются сейчас за "Золотую маску". Постановке Ольги Субботиной подобный триумф, думаю, не грозит, но свои аплодисменты она, конечно, заработает. Спектакль образцово бодрый, временами даже смешной, вот разве что излишне длинный: почти три часа с антрактом - это, по-моему, какой-то не совсем молодежный формат. Чай, не Достоевского играете.
У Пресняковых и вправду все гораздо короче. Два молодых квартиросъемщика собрались делать ремонт, отковыряли линолеум, а там труп. Тут как раз пришел хозяин квартиры, потом нагрянула соседская свадьба; в ходе гулянки порешили между прочим еще несколько человек, но это мелочи: с главным-то трупом что делать? Ну, свезли в аэропорт, бросили под самолет - оказалось, не того бросили. В итоге вернулись в квартиру, провернули труп в мясорубке и слепили пельмени.
Чувствуете сорокинскую школу? Братья Пресняковы обязаны лучшему из современных российских драматургов столь многим, что даже перечислять не стану: тут одни только пельмени - нижайший поклон автору "Нормы" и Dostoevsky-trip.
Поклон, быть может, несколько запоздалый, но справедливый: в силу радикальности собственно сорокинских пьес их присутствие на отечественной сцене ничтожно мало, однако влияние на новую русскую драму несомненно. Сочинения Пресняковых - очень наглядный пример постсорокинской драматургии. Она далеко не так изощренна, как тексты Сорокина, но при попадании на сцену все равно подвергается сходным мутациям. Театр, сколь угодно молодой, настырно гуманизирует любое искусство такого рода и с энтузиазмом ищет в нем не эстетические, а какие-нибудь общечеловеческие ценности.
Вот и Ольга Субботина предпочла поработать с авторами "Полового покрытия" в этом душеполезном направлении. В результате вторая часть пьесы разительно изменилась. Труп обрел способность произносить моральные сентенции, а вся дикая история оказалась чем-то вроде предсмертного видения персонажей, погибших от взрыва бытового газа в тот момент, когда они как раз начали понимать, что не очень правильно жили.
Что касается постановки, то Субботина придумала много чего. Есть тут, например, пародия на фильм "Матрица" и пародия на традиционный японский театр, после которой режиссер подмигивает своей публике: это, мол, было сделано в технике "Вербатим". Зрители, конечно, обязаны радоваться этой шутке в адрес "Театра.doc" - главного конкурента Центра драматургии и режиссуры.
Таков, в сущности, весь спектакль. В нем есть какой-никакой профессионализм (т. е. умение сочинить нехитрую шутку или развести мизансцену) , но главное - это энергичность, которую хочется назвать совершенно бездумной: единственная забота режиссера - чтобы зритель не дай бог не заскучал. Когда же Ольга Субботина собирается поговорить о душе, начинается просто худший сорт театральной рутины: скорбный шепот и дрожащие в темноте огоньки. Тут уж любая мораль становится плоской, как линолеум.
Работать с актерами Субботиной, кажется, совсем недосуг. Внимания заслуживает, по большому счету, только игра Артема Смолы. Его персонаж все время пишет письма маме, в которых выдумывает дикие истории о страшной гибели своего вполне здравствующего брата; Смола ведет роль невозмутимо и именно поэтому забавно. Остальные изображают балаган или истерику разной степени, но в том и другом случае громко кричат. Еще запоминается красная бутафорская тушка барана - занятная вещь.
А пельменей, кстати, в спектакле нет.