СТРАТЕГИЯ: Большая распродажа Франции

Бывшего премьер-министра Франции Лионеля Жоспена, Социалистическая партия которого проиграла на воскресных парламентских выборах, так нервировало слово "приватизация", что он даже переименовал комиссию по приватизации в комиссию по акционированию и трансфертам. Победившие на выборах правые также избегают использовать это слово, предпочитая расплывчатое "открытие капитала". Для многих французов приватизация ассоциируется с акулами англо-американского капитализма и распродажей родины. Однако лингвистические пассажи французских политиков вводят в заблуждение. Новое правительство скорее всего начнет в ближайшие месяцы очередной раунд масштабной приватизации. Обладая на ближайшие пять лет всей полнотой власти (президент Жак Ширак и парламент, в котором правые получили большинство, были избраны с разницей в полтора месяца), правые смогут продавать государственные активы и привлекать средства для покрытия растущего бюджетного дефицита, встречая гораздо меньше сопротивления со стороны профсоюзов и оппозиции. При этом они будут следовать в русле политики левых, которые, несмотря на всю словесную казуистику, активно "распродавали родину".

С 1993 г., когда процесс приватизации возобновился после пятилетнего перерыва, Франция продала пакеты акций в компаниях на сумму 43 млрд евро ($41,1 млрд). Начало было положено продажей банка Banque Nationale de Paris при правом правительстве Эдуарда Балладюра, а в последние дни правительства Жоспена инвесторы приобрели 49% оператора платных автодорог Autoroutes du Sud de la France (ASF). "Политику [приватизации] на 100% поддерживают обе партии. Жоспен приватизировал в два раза больше, чем два предыдущих правых правительства, - говорит председатель комиссии по приватизации Франсуа Лагранж. - Сегодня на продажу можно выставить немного компаний - прежде всего France Telecom, Electricitе de France (EdF) и Gaz de France (GdF), - однако выручить за них можно очень значительные средства". Доходы от приватизации способны существенно помочь правительству: бюджетный дефицит перевалил за 2% ВВП, тогда как до 2004 г., когда страны Евросоюза должны сбалансировать бюджет, он не должен превышать 3% ВВП. Предвыборное обещание Ширака снизить подоходный налог в этом году на 5% грозит подвести дефицит к критической черте. Правила ЕС запрещают направлять доходы от приватизации напрямую в бюджет, однако их можно будет использовать для финансирования пенсионной системы, погашения госдолга или инвестиций в убыточные железные дороги. Бизнесмены утверждают, что приватизация повысит конкурентоспособность национальных компаний и ускорит процесс реформ, столь необходимых излишне централизованному французскому государству.

По оценке Лагранжа, правительство сможет получить от приватизации до 70 млрд евро ($67 млрд), в том числе 28 млрд евро ($26,8 млрд) от продажи госпакетов в частично приватизированных компаниях. Во France Telecom, например, ему принадлежит 55,5% акций, рыночная стоимость которых сегодня равна 10,6 млрд евро ($10,1 млрд). В первую очередь частным инвесторам могут быть предложены госпакеты таких компаний, как производитель военной электроники Thales (госпакет - 32,6%), банк Credit Lyonnais (11,6%) и Air France (55,9%); в отличие от остального рынка их акции находятся на подъеме. Но главными призами для инвесторов станут EdF и GdF, полностью принадлежащие государству. Правительство, правда, наверняка оставит себе не менее 51% акций; как говорит глава отдела анализа европейских фондовых рынков Societe Generale Ален Бокобза, это тот барьер, который французским политикам трудно преодолеть. Руководство EdF - крупнейшей электрокомпании Европы, которая может стоить 50 - 80 млрд евро ($48 - 76,5 млрд), - считает частичную приватизацию необходимым шагом для дальнейшего развития компании. Последний раз EdF увеличивала капитал в 1982 г. Сами французы, несмотря на показное отвращение к капитализму и приверженность госкомпаниям, предоставляющим услуги (таким как EdF), на деле не особенно возражают против приватизации. В марте, когда ASF проводила первичное размещение, почти 900 000 человек подали заявки на покупку акций мало кому известной до тех пор компании. Более 80% сотрудников ASF стали ее акционерами. (FT, 18. 06. 2002)