Первый рыночный пузырь – на рынке тюльпанов, ставших предметом роскоши и символом статуса в Нидерландах, – надулся в 1634-1637 гг. В торговлю вовлекались портные, ремесленники, купцы, чиновники. На фото: картина «Фургон дураков», где бросившие работу портные спешат за украшенной тюльпанами богиней Флорой

На пике за луковицу давали несколько тысяч гульденов (хороший ремесленник зарабатывал в год 200-300 гульденов, профессор университета – около 800, состоятельный купец – 1500-3000). «Похоже, цветы превзошли по стоимости даже золото и серебро. – Верно, а также жемчуга и драгоценные камни», – говорится в памфлете «Диалог между Честнословом и Жаднохватом о подъеме и упадке Флоры»

Пузырь лопнул в феврале 1637 г., а на следующем аукционе в мае тюльпан был продан всего за 22 гульдена. Экономика не пострадала, ведь по большинству контрактов (они были похожи на фьючерсы) деньги не выплачивались, а суды отказались рассматривать «тюльпанные» дела

Компания Южных морей (South Sea Сompany) была основана в 1711 г. Правительство Великобритании решило обменять долг на 9 млн фунтов, накопленный в ходе нескольких войн, на акции компании и платить ей 6% в год, а она выплачивала их акционерам в виде дивидендов. Она также получила монополию на торговлю в испанских портах Южной Америки

За 10 лет компания не отправила туда ни одного судна (Британия воевала с Испанией), но вела активную рекламу, подкупала министров и депутатов. Стихотворение того времени рассказывает о том, как ее акции стали объектом вожделения для широких слоев населения, и о спекуляциях с ними на заемные средства (перевод Михаила Оверченко)

Стремительный взлет и обвал акций в 1720 г. разорил многих – от аристократов до крестьян – и вверг экономику в депрессию. На фото: карикатура «Дураки, очертя голову, прыгают в воды Южного моря»

Железнодорожная мания охватила Великобританию в 1840-х гг. на фоне стремительного развития железнодорожной сети, рынка акций, формирования состоятельного среднего класса и распространения газет, где покупка акций железнодорожных компаний рекламировалась как безрисковое вложение

В 1825 г. был отменен «Закон о пузыре», принятый в 1720 г. во время пузыря Южного моря, ограничивавший создание акционерных компаний и число их акционеров. Железнодорожные компании также могли продавать акции за 10% стоимости с правом потребовать довнесения оставшихся 90%. На фото: первая в мире междугородная дорога «Манчестер - Ливерпуль», 1830 г.

Мания достигла пика в 1846 г., когда парламент принял 272 акта о создании новых железнодорожных компаний и было предложено строительство 9500 миль (15 300 км) дорог. Около трети так и не было построено: многие компании оказались финансово несостоятельными или просто мошенническими схемами. А многие семьи разорились из-за падения котировок и требования компаний довнести 90% за акции. На фото: карикатура в журнале Fun в 1860-е гг., когда ажиотаж вокруг железных дорог повторился

Бум на рынке железнодорожных акций хвалил даже главный специалист по пузырям того времени – журналист и историк Чарльз Маккей, изучивший и высмеявший их, в том числе тюльпаноманию и пузырь Южного моря, в книге «Наиболее распространенные заблуждения и безумства толпы» (1841 г.)

«Ревущие 20-е» завершились обвалом фондового рынка в октябре 1929 г. «Суровость экономического кризиса после того, как лопнет пузырь, больше зависит не от типа активов, а от финансирования пузыря. Наиболее тяжелые кризисы сопровождались кредитным бумом, использованием большого финансового рычага или тем, что сами финансовые организации участвовали в неистовой покупке активов» (профессор экономики Принстонского университета Маркус Бруннермайер в 2015 г.)

Именно это произошло в США в 1920-е гг., после чего началась Великая депрессия, а индекс Dow Jones вернулся на докризисный уровень лишь в 1954 г.

Из психологических признаков, указывающих на пузырь, наиболее известна история о нью-йоркском финансисте, которого за несколько дней до обвала чистильщик обуви попросил дать совет по инвестициям в акции. После чего финансист продал все свои акции, сказав: «Когда на рынок приходит чистильщик обуви, профессионалу там делать нечего»

Подъем Японии, в результате которого она стала ведущей технологической державой и второй по величине экономикой мира, завершился обвалом на рынках акций и недвижимости в 1990 г. Пузырь во многом надувался на кредитные средства, а после кризиса власти не решились вычистить банковский и строительный секторы

Долгое время в стране продолжали работать банки-зомби. Экономика Японии уже более четверти века стагнирует, а цены акций и недвижимости так и не вернулись на докризисный уровень

«Новые технологии и интернет изменят мир» – под таким лозунгом надувался пузырь доткомов в 1990-е гг. Акции зачастую убыточных компаний вырастали на сотни процентов после размещения на бирже. Мир действительно изменился, но технологические лидеры, за исключением Microsoft, сегодня совсем другие

Еще в 1996 г. председатель ФРС США Алан Гринспен предупредил об «иррациональной эйфории» на рынке, а профессор экономики Йельского университета Роберт Шиллер в 2000 г. выпустил книгу с таким названием о пузырях. На фото: перевод в «Ведомостях» 6.04.2000 статьи WSJ, сравнивающей технобум с тюльпаноманией

Без пузырей какие-то вещи могли вообще не появиться, считает Бруннермайер. В конце 1990-х гг. американская Tyco International проложила по дну океана и в десятках мегаполисов мира 60 000 км оптоволоконных кабелей (на фото), потратив $3 млрд. Они используются, пусть даже в 2004 г. индийская Videsh выкупила их всего за $130 млн

«В 2000 г. лопнул интернет-пузырь. Кому он принес вред? За исключением инвесторов – никому. Там не было долгов. И все технологии остались», – говорил «Ведомостям» экономист Нассим Талеб. Но в 2007-2008 гг. стал сдуваться гигантский кредитный пузырь на рынке недвижимости США и других стран

Надувать его помогали банки, переупаковывавшие высокорискованные ипотечные кредиты в облигации и продававшие их инвесторам разных стран. Они и сами поддались кредитной эйфории: у обанкротившегося Lehman Brothers заемные средства превышали собственные в 44 раза

Кризис охватил весь мир, началась Великая рецессия. Если после технопузыря безработица в США выросла до 6,3% в 2002 г., то после краха на рынке недвижимости – до 10% в 2009 г.

«Для меня биткойн – лучший пример спекулятивного пузыря в сегодняшнем мире. Его история невероятно увлекательна: я вижу, как у обсуждающих его людей светлеют лица, а беседа оживляется», – сказал «Ведомостям» нобелевский лауреат Роберт Шиллер

Но криптовалюты и технология блокчейн, на которой они основаны, – это реальные инновации, признает Шиллер, поэтому «энтузиасты могут оказаться правы, что в будущем у них будет реальная стоимость, даже если она основана на вере людей в то, что такая стоимость у них есть»